Вадим Шакун - Смерть заказчика[СИ]

Последнее относилось ко мне и я с готовностью полез в наплечную кабуру. Взяв револьвер, Володя извлек из барабана патрон. — А вот вам ТТ, можете сравнить.

Подполковник на мгновение будто окаменел. И даже не от того, что при первом же взгляде на пистолетный патрон, лежавший сейчас на ладони капитана рядом с моим Смит — Вессоновским становилось понятно сколь разительно они отличаются: и гильза у пистолетного патроны была большего диаметра и длинее он был, как мне показалось, чуть ли не в полтора раза. Скорее всего, вдруг дошло, что коллеги из соседнего города привезли подозреваемого, даже не удосужившись, изъять у того заряженный револьвер.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

— Вопрос об оружии можно пока снять, — нехотя согласился подполковник. — Пошли внутрь.

— Пошли, — уныло согласился я.

За порогом помещения вновь ощутил себя в зазеркалье. И только потом заметил человеческий силуэт нарисованный на полу мелом. Бурая, не успевшая еще толком просохнуть лужа рядом с силуэтом яснее ясного объясняла, что нахожусь я здесь вовсе не за появление на улицах этого Богом забытого городка в нетрезвом виде.

— У меня алиби, — с места в карьер начал я, мысленно возликовав. Некогда, оказавшись пару раз подозреваемым в убийстве, я поклялся себе, что стану лучшим специалистом по созданию алиби самому себе. И, в кои–то веки, у меня это, кажется, получилось.

— Все так говорят, — подал голос мой давешний знакомец в капитанских погонах. Именно он вчера проверял мои документы в здании местного ОВД. Тоже, значит, с дежурства сняли.

— Я — не все, — отрезал я. В конце концов, и до меня начало доходить почему столь уверенно держался Володя Семенов с тутошним начальством. Дрожко наверняка предупредил местного коллегу о Варькиных связях в столице Округа.

— Эта бумага оставлена вами вчера на моем столе, — сделав каменную физиономию строго сказал капитан. — Для каких целей и кем нарисован план помещения.

Несколько ошалев я взял протянутый мне лист бумаги. Был это не подлинник, а всего лишь ксерокопия, но достаточно хорошая.

— Надо же, — вздохнул я. — Вот так рисуешь, рисуешь, а тебя будят среди ночи.

— Ты рисовал? — сурово вмешался подполковник. — Для кого и когда.

— Помещение это вижу первый раз в жизни, — не менее сурово огрызнулся я. — О чем попрошу сделать отметку в протоколе. Представленный вам документ не имеет к помещению никакого отношения. Это же типовой детский садик, вы что, не понимаете? Моя схема сделана в рекламном агентстве Евгения Горюнова, кварталах в четырех отсюда. Там тоже детский сад, только эти три окна выходят не на запад, а на восток.

Лицо капитана вытянулось и приобрело несколько жалобное выражение. Очевидно, на забытую мною у него на столе бумажку он возлагал не малые надежды.

— Часа через полтора, — я взглянул на свой шикарный «Роллекс», — в агентстве будет его хозяин и мой сотрудник. Господин Горюнов заказал нам установить сигнализацию. Для этих целей план и составлен. Вы пока позанимайтесь, а я подожду. Вместе подъедем и они оба подтвердят правоту моих слов.

Физиономия подполковника стала еще более каменной, Вовка же Семенов вновь нахально улыбнулся. В конце концов мы с ним вышли покурить.

— Маньяк? — полюбопытствовал я.

— Судя по пуле, да, — покосившись на дымивших рядом местных «следаков», сознался тот.

— Как всегда, в затылок, — сообщил один из них, широкоплечий светловолосый здоровяк, очевидно ничего не имеющий против разглашения мне следственных тайн, коль скоро меня угораздило стать подозреваемым. — Через форточку стрелял.

Я поднял глаза. Вдоль фасада шла по диагонали металлическая лестница пожарного выхода и шла как раз мимо широкой откинутой внутрь форточки.

— Убитый здесь как оказался? — осведомился Володя Семенов. — Работает?

Вывески на фасаде не было. И все же, судя по компьютеру помещение, наверняка, сдавалось под офис какой–нибудь фирме.

— Как бы не так, — ухмыльнулся светловолосый. — Здесь контора по покупке–продаже квартир. Этот хмырь к ним уже второй месяц ходил, все никак квартиру выбрать не мог. А тут взял и залез среди ночи. Вот и схлопотал пулю.

— Залез? — заинтересовался я. — Нелегальным способом?

— Дубликат ключа сделал, — пояснил собеседник. — Часа в три утра Степаненко в окно выглянул, смотрит, в окне, похоже, свет. А это от компьютера включенного. Вот и подошел посмотреть.

— Какой Степаненко?

— Сторож детсадовский. Он нам позвонил.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

— Михайлов, бери Сковороду и поехали, — прервал затянувшийся перекур мрачный подполковник.

— Чего брать? — опешил светловолосый.

— Не «чего»! — возмутился получившемуся каламбуру я. — А меня. Езжай с начальством, я с Володей поеду. Мне своя городская милиция роднее.

Велико было изумление Женьки Горюнова, когда субботним утром он узрел на пороге своего рекламного агентства сразу две милицейских машины.

— Здравствуй, Женя, привет, Пахом, — поспешил успокоить я. — Тут товарищи нашим контрактом интересуются.

Подполковник, оказавшийся начальником местного ОВД, не поленившись лично ознакомился с контрактом, а Женька горячо заверил, что предъявленный ему на опознание план «господин Сковорода» нарисовал не далее, чем позавчера.

— Значит, в том помещении вы не были, план составили здесь, покойника не знаете? — вздохнув подытожил подполковник. — Чертов Ковальчук, столько времени из–за него потратили.

Мне бы подтвердить сказанное начальником ОВД, да делу конец, но Щепкин, наш с Варькой адвокат, постоянно учит меня правильно формулировать ответы на подобного рода вопросы органов правопорядка. На всякий случай.

— В помещении не был, план рисовал здесь, — с готовностью подтвердил я. — Что касается покойника, то Бог его знает. Я же не имею ни малейшего представления, кого там у вас замочили. Опознания не было.

— У меня паспорт с собой, «жмура» этого, — проявил инициативу светловолосый Михайлов. — Вот фотокарточка.

Очевидно на лице у меня отразилась вся мера моей растерянности, потому что находящиеся рядом стражи закона, включая даже Вовку Семенова, разом как–то подобрались. Не зря Варька говорит, что лицом я владеть не умею.

— Знаешь ты его или нет? — зарычал в конец потерявший терпение подполковник.

— Ну, это… Как сказать, — смущенно пробормотал я. — Память на лица у меня не очень, но вот Евгений Алексеевич у нас художник, у него память лучше. Если скажет, что это он, так я его видел вчера здесь. Кажется.

— Точно он, — взглянув на предъявленную ему фотографию растерянно подтвердил Женька. — Это мой заказчик — господин Дубов: магазин «Харон», обувью торговать собирался. Вчера тут был. Как раз Витя у нас сидел, мы только–только сигнализацию выбрали. А что с ним?

— Хана твоему заказчику, — посочувствовал я. — Ночью в одну шарагу влез, там его маньяк и порешил. Бывают же совпадения.

Начальник местного ОВД, однако в совпадения такого рода верил слабо. Посему меня с Женькой тут же отвезли в околоток. допрашивали долго, но, должен признать, вежливо. В конце концов, не найдя противоречий в показаниях, отпустили. Не малую роль сыграло в этом и то, что появившаяся на месте действия Таня Чернова охотно подтвердила мое алиби.

Пообещав Семенову, стоически пребывавшему все это время в одном со мной здании непременно дать ему пострелять из «Эфы», я наконец–то оказался за порогом ОВД возле нашей с журналисткой невзрачной «копейки».

— Я так за вас волновалась, Витя, — прощебетала она.

— Совершенно напрасно. Случаи подобного рода в детективной практике встречаются довольно часто, — ответил я. — Маленькое недоразумение. Поехали куда–нибудь покушаем или вы в редакцию спешите?

Выяснилось, что Таня никуда не спешит и в ближайшем же, показавшемся мне приличным, ресторане я закатил ей пиршество на славу. В конце концов, из–за меня несколько пострадала ее репутация. При ее то скромности признать, что провела ночь один на один с мужчиной…

Потом позвонил отправившийся в свое агентство Женька и сообщил о том, что установку сигнализации Пахом закончил успешно, полностью его проинструктировал и отбыл восвояси, так что он, Женька, может с чистым сердцем перечислить на наш счет заранее оговоренную сумму.

Разговаривал я с другом вежливо, хотя, каюсь, затаил на него некоторую обиду. Вовсе не обязательно было цитировать «ментам» мою фразу о том, что убивать надо таких заказчиков, как Дубов. Не ляпни он этого, допрашивали бы нас в два раза меньше, да и Тане не надо было бы светиться.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Звонок от Пахома раздался в одиннадцатом часу вечера — он знает что мы с Варькой допоздна не ложимся.